Марков Александр Викторович, доктор филологическихнаук, профессор кафедры кино и современного искусства
125993, Москва
Alexander V. Markov, Dr. Hab. of Philology, Professor at the Department of Cinema and Contemporary Art
Moscow, 125993
В данной статье рассматривается феномен актёрской игры ведущего советского эстетика Ю. Борева в фильме Г. Кохана «Ярослав Мудрый» (1981), где он мастерски воплотил образ византийского посла, олицетворяющего эстетический консерватизм и монархизм. Отмечается, что особый интонационный профиль, соединяющий тон приказа и бюрократическое бормотание, создаёт яркий комический эффект. Сам персонаж в образной системе кинокартины должен был показать эмансипацию Руси от Византии. Ключи к такой актёрской игре находятся в работах Ю. Борева о комическом. Учёный доказывал, что комизм включает в себя автоматизацию речи и дискурсивное самодовольство, а бюрократический тип мысли является преимущественным предметом комического изображения, что комизм не противоречит экфрасису и ожившей картине. Как показало исследование, реализация данных теоретических положений в актёрской игре Ю. Борева позволила усилить драматизм фильма, превратив его из иллюстрации исторических событий с простым присвоением людям далёкого прошлого эмоций и сомнений более поздней эпохи в вполне убедительную реконструкцию системы власти древней Руси. Именно благодаря художественной интерпретации Ю. Борева в фильме удалось показать эстетическое самоопределение Руси, не сводящееся к простому противопоставлению народного и аристократического.
The article deals with the acting of the leading Soviet philosopher aesthetician Yury Borev in the film “Yaroslav the Wise” (1981) by G. Kokhan. He plays a Byzantine ambassador representing aesthetic conservatism and monarchism. The particular intonation profile, combining the tone of order and bureaucratic muttering, creates a comic effect. The character himself in the system was simply meant to show the emancipation of Russia from Byzantium. The keys to such acting are to be found in Borev’s work on the comic. Borev argued that comicism includes the automatization of speech and discursive complacency, that the bureaucratic type of thought is the predominant subject of comic representation, that comicism is not incompatible with ekphrasis and the animated picture. The realization of these theoretical positions in the actor’s acting enhanced the drama of the film, turning it from an illustration of historical events with a mere appropriation of the emotions and doubts of alater era by people of the distant past into a quite convincing reconstruction of the power system of ancient Rus. Thanks to Borev’s play the aesthetic self-definition of Russia is shown in the film, which is not reduced to the simple opposition of the people and the nobility.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.